Цитаты из фильма Собачье сердце (1975)

Я тяжко раненый при операции.

О-о-о!.. Етит твою мать, профессор!!!

Где это видано, чтобы люди в Москве без прописки проживали.

— Папа — судебный следователь…
— Дак это же дурная наследственность!

— Не читайте перед завтраком советских газет.
— Так ведь других нет.
— Вот никаких и не читайте.

Не надо переделывать собаку в человека, а человека — в собаку. Ничего хорошего из этого не получится.

— Документ, Филипп Филиппыч, мне надо.
— Документ? Чёрт... А, может быть, это... как-нибудь...
— Это уж — извиняюсь. Сами знаете, человеку без документов строго воспрещается существовать.

— Зина, там в приемной... Она в приемной?
— В приемной, зеленая, как купорос.
— Зеленая книжка...
— Ну, сейчас палить. Она казенная, из библиотеки!
— Переписка — называется, как его... Энгельса с этим чертом... В печку ее!

Почему убрали ковёр с парадной лестницы? М? Что, Карл Маркс запрещает держать на лестнице ковры? Где-нибудь у Карла Маркса сказано, что второй подъезд дома на Пречистенке нужно забить досками, а ходить кругом, вокруг, через чёрный вход?

— Что-то вы меня больно утесняете, папаша.
— Что?! Какой я вам папаша! Что это за фамильярность? Называйте меня по имени-отчеству.
— Да что вы всё: то не плевать, то не кури, туда не ходи. Чисто, как в трамвае. Чего вы мне жить не даёте?
И насчет «папаши» — это вы напрасно. Разве я просил мне операцию делать?
Хорошенькое дело: ухватили животную, исполосовали ножиком голову...
А я, может, своего разрешения на операцию не давал.
А равно и мои родные.
Я иск, может, имею право предъявить.

Что такое эта ваша разруха? Старуха с клюкой? Ведьма, которая выбила все стекла, потушила все лампы? Да ее вовсе и не существует. Что вы подразумеваете под этим словом? Это вот что: если я, вместо того, чтобы оперировать каждый вечер, начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет разруха. Если я, входя в уборную, начну, извините за выражение, мочиться мимо унитаза и то же самое будут делать Зина и Дарья Петровна, в уборной начнется разруха. Следовательно, разруха не в клозетах, а в головах.