Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это — последний раз, я бы никогда не остановился.
Странная вещь: Дональд Дак не надевал штанов, но, выходя из душа, обвязывался полотенцем... Спрашивается, почему?
— Крошечный кусочек... побольше!... больше!... чего ты боишься, режь нормальный кусок!
— О, да, меня она, конечно, никогда не обижала, но она безусловно в аду.
— Хорошо, я сформулирую по-другому — что бы ты хотела из косметики?
Господи, за что?! Мы же договорились! Пусть другие стареют, а не я!
Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это — последний раз, я бы никогда не остановился.
— Я хочу, чтобы моя мама ожила и отметила его со мной.
— Да. Я чувствую, что ты действуешь мне на нервы.
— У меня, и правда, есть чувства к тебе.
— Ты ему сказала, что думаешь?
— Что там у тебя, пирог?
— Да, отрезать тебе?
— Отвечай быстрей.
— Не знаю.
— Правда?
— Скажи, Фиби, а что бы ты хотела на День Рождения?
— Мы распределили детей, я думаю, лучше было бы распределить зоны действия.
— В каком смысле?
— Было бы удобнее, если бы у каждого из нас была бы своя зона. Фиби, ты бы отвечала за подтирание, Мон пусть отвечает за смену подгузников, а я буду просто смотреть и диву даваться, какие они миленькие.