1920-е, Копенгаген. Художник невольно открывает в себе новую личность, примеряя женский образ для картины супруги. Это решение навсегда изменит две жизни и бросит вызов общественным нормам эпохи. Роскошные костюмы и визуальная поэзия!
Роскошный ужин в честь юбилея патриарха оборачивается взрывом. Под тосты и улычки сын готовит речь, которая разорвёт семейные узы. Первый манифест «Догмы-95»: камера дрожит, правда режет глаза.