Шоа (фильм, 1985)

Сквозь призму интервью, снятых в 14 странах за 12 лет, перед зрителем разворачивается хроника промышленного уничтожения. Режиссер-философ сталкивает три голоса: жертв из зондеркоманд, обреченных на смерть за сотрудничество с машиной смерти; немцев, с холодной точностью описывающих логистику газовых камер; польских крестьян, годами наблюдавших дым из труб крематориев. Камера фиксирует неочевидное — дрожь рук машиниста, везшего составы в Треблинку, иронию в голосе эсэсовца, жалующегося на мороз во время расстрелов. Гениальный ход — полный отказ от архивной хроники. Руины лагерей сняты в 1980-х: зелень, покрывающая массовые могилы, становится страшнее любых кадров 1940-х. Скрытые съемки офицеров СС, инфракрасная пленка для тайных интервью, реконструкция маршрутов «поездов смерти» — каждый прием усиливает эффект присутствия в эпицентре катастрофы. The Hollywood Reporter назвал ленту «монументом, перед которым меркнут все художественные интерпретации Холокоста», а Берлинский кинофестиваль вручил главный приз с формулировкой «кино, равного которому мир еще не видел» .